И В КОСМОСЕ ЧАИ ГОНЯЮТ!

С восстановлением нормальной еды работоспособность космических экипажей на орбите была восстановлена

Досуги

Вкусные рассказы Вильяма Похлебкина

Разработчики систем жизнеобеспечения особенно настаивали на том, чтобы блюда, созданные для космонавтов, максимально всасывались и оставляли после прохождения через органы пищеварения минимум шлаков. Идеальными были бы некие питательные таблетки, не требующие даже особого времени на их прием.

Конечно, такие таблетки невозможно создать — это целиком идея фантастической литературы, но добиться получения портативной и, конечно, совершенно готовой к употреблению пищи удалось. По рекомендациям медиков консервные заводы изготовили «космический обед» из трех блюд, каждое из которых было запечатано в герметичную пленку и могло быть высосано-проглочено прямо из этих мягких, эластичных «контейнеров», поскольку в условиях невесомости не могло быть и речи о ложках, вилках и ножах, а тем более — тарелках (вот тогда бы действительно получились «летающие тарелки» в космическом пространстве!).

Первым в мире испробовал этот «обед» космонавт номер два — Герман Титов, 6 — 7 августа 1961 года облетевший Землю 17 раз. На этот облет потребовалось 25 часов, и естественно, что за это время Герману Степановичу пришлось три раза «пообедать». Вот тогда и обнаружилось, что меню этих обедов было каждый раз не только почти одинаковым, но и довольно примитивным. У «космических поваров», являвшихся всего лишь механическими исполнителями бездарных предначертаний медиков, оказалась, кроме того, крайне скудной кулинарная фантазия. Посудите сами:

— на первое суп-пюре овощной (примерно 1 — 1,5 стакана);

— на второе паштет печеночный (заменяемый при следующем приеме пищи паштетом мясным);

— на третье черносмородиновый сок (1 стакан).

Таким образом, медики решили дать здоровому молодому мужчине (ему было в то время 25 лет) протерто-жидкостную пищу, предназначенную в обычных, ненапряженных земных условиях для беззубых и импотентных 90-летних старичков. Неудивительно, что Титов по возвращении на Землю пожаловался, что у него кружилась голова (от голода!), но медики, оберегая себя от критики, спихнули это головокружение на воздействие невесомости, благо ее никто на Земле не испытывал.

Только после того как еще двое-трое последующих космонавтов прямо заявляли по возвращении с орбит, что аппетит в космосе отнюдь не становится меньше и что они там просто голодают на «научном рационе», в космическом меню были сделаны изменения, которые свелись к возвращению к самому банальному меню обычной столовой привилегированных авиаторов.

В своих правах были восстановлены:

— на закуску — бутерброды с черной и красной икрой, язык говяжий заливной, пирожки с кильками;

— на первое борщ украинский с ветчиной;

— на второе мясо жареное — антрекот, котлеты пожарские и биточки по-украински, филе куриное (модификация цыплят деваляй, но без костей);

— на десерт яблоки, апельсины натуральные, а не мусс, сок.

Спрашивается, надо ли было держать бригаду врачей, которая до этого три года разрабатывала особое космическое меню и получала огромную зарплату? С восстановлением нормальной еды работоспособность космических экипажей на орбите была восстановлена, но конструкторам пришлось решать технические проблемы выведения (отвода) экскрементов по более усовершенствованным шлангам и трубопроводам, то есть переделывать конструкцию скафандров.

Медики частично были заменены, и в период подготовки полета в космос космонавтов Савиных и Коваленка ко мне обратился с просьбой дать консультацию и совет, рекомендовать для питания космонавтов что-то укрепляющее и стимулирующее врач Леонид Ефремович Гвирцман, привлеченный к проведению этой подготовки.

Я посоветовал разнообразить пищевой рацион национальными блюдами и даже предложил конкретный состав купажа чая (черного и зеленого — то есть черного индийского первого сорта и зеленого № 95 Самаркандской фабрики), а также подробно разъяснил метод его заварки и хранения в термосах. Гвирцман, доверяя мне, рискнул включить чай в космический рацион без всяких изменений. Результаты оказались просто блестящими: космонавты чувствовали себя прекрасно, ощущали бодрость, прилив сил и были крайне благодарны врачу. Вот что писал мне Л.Е. Гвирцман спустя год после внедрения этого чая в рацион всей группы космонавтов.