Верховный представитель ЕС по внешней политике КЭТРИН ЭШТОН отреагировала на статью министра иностранных дел России Сергея Лаврова, написанную специально для “Ъ” (см. “Ъ” от 13 февраля). В ней глава МИД РФ рассуждает об отношениях между Москвой и ЕС, о том, как отразился на них украинский кризис. Свою точку зрения на эту тему госпожа Эштон решила высказать также на страницах “Ъ”.
Верховный представитель Европейского союза Кэтрин Эштон
Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ / купить фото
В своей недавней статье в газете «Коммерсантъ» министр иностранных дел России Сергей Лавров признал, что события на Украине иногда ошибочно рассматриваются как противостояние между Западом и Востоком, как геополитическая игра «кто кого», которая сталкивает один интеграционный процесс с другим.
Он прав: таково общее восприятие. Но, если мы оставим в стороне полемику и основные разногласия и сравним видение, изложенное в статье министра Лаврова, с видением Евросоюза, мы сможем найти путь для сближения и взаимодействия.
ЕС и Россия разделяют концепцию создания единого экономического пространства от Атлантики до Тихого океана, укрепляющего контакты между нашими народами, а также нашими экономиками в условиях увеличивающейся глобальной конкуренции. Эта концепция может стать реальностью, если мы будем реализовывать ее на основе общих ценностей, в том числе на уважении независимости наших соседей и их права следовать своим путем развития.
Важное для ЕС стратегическое партнерство с Россией уже содействовало углублению наших экономических связей, а наша торговля составляет €1 млрд ежедневно. Это обеспечивает экономический рост и рабочие места нашим гражданам.
Я приветствую ясное и открытое заявление министра Лаврова, что идущий сейчас процесс евразийской интеграции нацелен на гармонизацию с интеграционным процессом ЕС. Это будет важным шагом вперед, содействующим миру, стабильности и процветанию всех наших соседей.
Недавний саммит Россия—ЕС дал возможность обсудить все эти вопросы с президентом Путиным. На повестке дня у нас был только один пункт — наше стратегическое партнерство, его недостатки и потенциал. Мы сошлись во мнении, что у отношений Россия—ЕС большой потенциал. Президент Путин подтвердил курс России на содействие стабильности и процветанию наших общих соседей и признал, что «Восточное партнерство» ЕС соответствует этим целям. Но он также выразил определенную обеспокоенность по поводу возможных последствий «Восточного партнерства» для экономических интересов России.
России нечего бояться. Ее историческим, экономическим и социальным связям с соседями ничто не угрожает. Международная торговля — движущая сила экономического роста для всех нас. А свободная торговля имеет положительный эффект для других, так как создает больший спрос и новые возможности для ведения бизнеса. Независимые исследования подтверждают, что соглашение об ассоциации между Украиной и ЕС, включая соглашение о создании углубленной и всеобъемлющей зоны свободной торговли, не окажет негативного воздействия на торговлю между Россией и Украиной.
На самом деле российский бизнес вполне может выиграть от более стабильной институциональной структуры в странах-соседях и от более динамичной экономики и усиленного спроса, которые появляются вследствие этого. Принадлежащие россиянам предприятия на Украине также выиграют от прямого доступа на внутренний рынок ЕС. А если вдруг окажется, что рост импорта наносит ущерб российской экономике, то эту проблему помогут решить защитные меры в рамках ВТО и существующих соглашений между Украиной и Россией.
У России уже есть соглашения о свободной торговле почти со всеми ее соседями, в том числе с Украиной. Как и Россия, ЕС — важный торговый партнер в регионе, для многих своих восточных партнеров — ведущий. Поэтому вполне естественно, что ЕС предлагает этим странам соглашение о свободной торговле. Но никого не заставляют выбирать. Эти страны могут одновременно иметь соглашения о свободной торговле с Россией и с ЕС.
Я была рада, что на саммите мы договорились продолжить двусторонние консультации по этим важным экономическим вопросам. Мы призываем Россию как члена ВТО с 2012 года максимально использовать большие возможности, которые дает подлинная либерализация торговли. Программа «Партнерство для модернизации Россия—ЕС», которая направлена среди прочего на сближение технических стандартов,— еще один важный инструмент, способствующий росту нашей торговли. В этой связи мы работаем над достижением большей совместимости между различными режимами свободной торговли.
Желание России, чтобы большее количество стран присоединилось к Таможенному союзу,— важный фактор. Мы понимаем это желание. И мы считаем, что те страны, которые уже входят в Таможенный союз, также выиграют от более тесных связей с ЕС.
Мы настаиваем на том, что необходимо уважать стратегические решения тех или иных стран: те государства, которые могут присоединиться к Таможенному союзу в будущем, должны сделать это по собственной воле.
История и опыт говорят нам, что внешнее давление не только неприемлемо. Оно не позволяет достичь долгосрочного решения. Во время саммита мы настаивали на этом также в контексте наших отношений с Молдавией и Грузией. Ситуация на Украине — важнейшее подтверждение этого. Неожиданное изменение позиции президента Украины — после пятилетних переговоров об ассоциации с ЕС — привело к самому глубокому с момента независимости политическому кризису в стране. Ведь тем самым были перечеркнуты надежды миллионов украинцев на увеличение торговли с ЕС, а также на более эффективное управление и на повышение уровня жизни.
Ситуация на Украине — приоритет для ЕС. Две недели назад я побывала в Киеве — это был мой третий визит с начала кризиса. Я встречалась с президентом, правительством, а также с лидерами оппозиции и представителями гражданского общества. Очевидно, что Украина переживает критический момент. И мы стараемся помочь ей найти выход из кризиса, наметить перспективу развития.
Я продолжу внимательно следить за событиями на Украине. В разгар кризиса важно сфокусироваться на решении неотложных задач. И сегодня одна из таких задач — прекращение насилия и запугивания. Я приветствую недавние шаги, направленные на нормализацию положения. Но мы также должны думать и о долгосрочной перспективе — стабильности, верховенстве закона, демократии и процветании для народа Украины, для всего региона, на благо всех нас.
Когда в начале 1950-х годов начался процесс европейской интеграции, многие сомневались, что такая смелая схема сработает. Но этот процесс укрепил мир и безопасность, привел к созданию крупнейшего экономического пространства и торгового блока на планете. Сегодня количество членов ЕС увеличилось с шести стран-основателей до 28. Перспективы взаимной выгоды, демократии и верховенства закона, которые сочетаются с уважением свободного выбора суверенных государств, привлекают всех.
Сегодня государства к востоку от ЕС тоже стремятся к более тесной интеграции своих экономик с нашей и к реформированию политических институтов в соответствии с принципами, которым мы все привержены как члены Совета Европы.
Нет никаких причин, почему ЕС и Россия не должны быть самыми близкими партнерами, двигаясь от партнерства по необходимости к более амбициозному и всестороннему партнерству по предпочтению.
Давайте же будем нести нашу взаимную ответственность и поддержим демократическую Украину в деле восстановления политической и экономической стабильности. Для ЕС речь идет не о создании сфер интересов, а об уважении выбора народа Украины, который заключается в создании новых возможностей вместе с ЕС — без разрыва своих традиционных связей.
Хватит рассуждать о сферах влияния. Пришло время действовать ответственно, сосредоточиться на поддержке усилий Украины по выходу из политического кризиса. Стране необходимо коалиционное правительство, которое будет способно совместно с Верховной радой работать над решением наиболее насущных задач: экономической и финансовой стабилизации, конституциональной реформы и подготовки к следующим выборам. Оно должно вернуть доверие народа Украины.
ЕС и России необходимо поддержать этот процесс. И это поможет нам продвинуться вперед в реализации огромного потенциала нашего партнерства.