Русская душа -- потемки

Те немногие интуристы, которые решались заглянуть в Россию, сталкивались с самыми темными сторонами ее действительности
       В пору летних отпусков европейская пресса кишит статьями о варварах из России. Причина не в поведении русских, которые мало отличаются манерами от большинства немцев и меньшинства англичан. Просто представления россиян о себе отличаются от представлений о них остального мира. Истоки различий изучал обозреватель "Власти" Евгений Жирнов.

Самые чадолюбивые
       Как ни старались большевики выветрить религиозный дурман из сознания советских людей, уничтожить веру в то, что Русь — святая, а населяющий ее народ — богоносец, у них так и не получилось. А значит, каждый русский в большей или меньшей степени верит, что мы самые честные, самые трудолюбивые, самые гостеприимные, самые чадолюбивые. В тех же глубинах подсознания россиян прочно окопалось внедрявшееся веками церковью и государством представление об иностранцах как существах порочных и нечистых. Так что любая критика с их стороны, как правило, вызывает болезненную реакцию.
       Но, как ни прискорбно это признавать, взгляд со стороны далеко не всегда видит все в искаженном свете. Беда лишь в том, что такие наблюдения после публикации за пределами России превращаются в прочные представления о национальном характере русских, которые остаются неизменными на века.
       Возьмем, к примеру, любовь к детям и заботу о родителях. Попробуй кто-нибудь скажи, что русские наплевательски относятся к детям и старикам, как его тут же занесут в списки врагов России или антипатриотов, в зависимости от гражданства. Но ведь тому существовало немало примеров, наблюдать которые иностранцы могли не одно столетие. Про то, как крестьянские дети отдавались навсегда "в люди", живописала русская классика. И, собственно, в XIX веке то же самое происходило и в других, считавшихся цивилизованными, странах. Но у нас процесс избавления от лишних ртов дошел до крайних пределов, когда подобно крестьянам вели себя представители привилегированного сословия — дворянства. О чем сохранилось немало свидетельств в отечественных и зарубежных мемуарах.
       В простой процесс производства черной икры — добыть и упаковать — добросовестные советские производители умудрились добавить еще один этап — разбавить икру илом
В эпоху Николая I, когда Россия превратилась в одну большую казарму, лучшим началом карьеры для дворянских недорослей считалось поступление в кадетский корпус. И потому их родители прилагали максимум усилий для определения сыновей, как говорили тогда, в военное обучение. Сдав детей на руки государству, подавляющее большинство дворян считали свою миссию по воспитанию детей исполненной. За годы обучения в корпусе большинство кадетов ни разу не видели родителей и ни разу не выезжали в отпуск в родные поместья, поскольку их матери и отцы не желали тратиться на долгую дорогу.
       Но и это было не самым поразительным. Далеко не всем юношам обучение в корпусе было по силам. Некоторые не осиливали весьма серьезного курса наук, другие не выдерживали безжалостной муштры и телесных наказаний. По правилам, таких кадетов должны были отправлять домой. Но в ответ на письма от корпусного начальства с просьбой приехать за отпрыском дворянские семьи в подавляющем большинстве случаев отказывались от детей, "оставляя их судьбу на благоусмотрение опекающих начальствующих лиц". На практике это означало, что кадеты старшего возраста, неуспевающие в учении, отправлялись в армию юнкерами с правом производства в офицеры через установленный законом срок. А отмеченные в дерзости сдавались в полки рядовыми и отправлялись на Кавказ или в Среднюю Азию, где немногие доживали до перевода в юнкера.
Стоит ли удивляться тому, что дети платили родителям сторицей и не встречались с ними больше никогда. А в родные места приезжали лишь после отставки или вступая в права наследства. Так что Иваны, не помнящие родства, имели не только подлое, но и вполне благородное происхождение. И эта национальная черта, обижайся или нет, не была тайной для иностранцев.
       
Самые работящие
Русские честность и трудолюбие также нередко не выдерживали столкновения с иностранным тестированием. Испокон века сибирское сливочное масло, которое охотно покупали в Европе, перед доставкой покупателям обязательно перепаковывали. Ни для кого не было секретом, что русские купцы нередко для веса вкладывали в бочонки с маслом тяжелые булыжники. Причем и после революции практически ничего не изменилось.
       В 1930 году наметилось достаточно значительное снижение объемов советского экспорта. Главной причиной спада, конечно, был мировой экономический кризис. Но даже не очень осведомленные в тонкостях внешней торговли советские чиновники со времен гражданской войны помнили, что в самые трудные времена растет спрос на предметы роскоши и деликатесы. А тут иностранные фирмы наотрез отказывались брать черную икру. Вся советская торговля этим деликатесом велась тогда через Берлин, где существовало крупное советское торгпредство. Из отчетов его ответственных сотрудников выяснилась поразительная вещь — 38% приходившей в Германию икры отбраковывалось из-за того, что в бочки и банки для веса и объема был добавлен ил.
Спички — надежда советского экспорта — били все рекорды на мировых рынках: они были самые тонкие, самые ломкие и содержали меньше всего серы...
Пользуясь случаем, внешторговцы составили целый список советских экспортных товаров, которые иностранцы либо не покупали из-за низкого качества, либо соглашались брать по ценам гораздо ниже рыночных. Русский экспорт, как водится, был в основном сырьевым, но и скудные продукты советской промышленности не выдерживали никакой критики. К примеру, русские спички, которые, как планировали в Москве, должны были вытеснить с рынка шведские, были самыми тонкими и ломкими в мире, имели самые маленькие серные головки, и потому далеко не каждая из них могла зажечься. Так что продавали их ниже себестоимости, чтобы освободить склады и получить какую-никакую валюту. Нарекания были даже на качество керосина, которым славилась дореволюционная Россия. На экспорт отправляли прокисшее грузинское вино и скипидар, портившийся из-за упаковки в железные бочки вместо деревянных. Список можно было продолжать без конца. Достаточно сказать, что единственным советским экспортным товаром, к качеству которого претензий не предъявлялось, была сырая нефть.
       Конечно, были приняты соответствующие решения, а в существовавшем в 1930-е годы Всесоюзном внешнеторговом музее открыли доску позора — стенд товаров, снятых с экспорта. Однако до самой войны он никогда не пустовал. И на Западе твердо усвоили, что "сделано в России" и "качество" — две вещи несовместимые.
       
Самые обязательные
...Но даже если они зажигались сами, поджечь советский керосин ими было очень непросто
В те же 1930-е годы взялись за организацию массового иностранного туризма в СССР. И нужно признать, что это нанесло престижу страны и народа урон, ни в коей мере не покрывавшийся полученной валютной выручкой. Те немногие, кто решился на экстремальное путешествие по Союзу, раз и навсегда усвоили, что в России никто не знает, что такое аккуратность и точное исполнение обязательств.
       Так, в 1932 году английское представительство "Интуриста" продало немалое количество туров желающим увидеть русскую старину, великие стройки социализма или совершить путешествие в экзотическую Среднюю Азию. Однако пароходы, на которых туристы должны были отправиться в Ленинград 7 и 14 мая, в Англию попросту не прибыли. А даты отхода следующего судна "Дзержинский" переносились несколько раз. Сначала было сообщено, что оно уйдет 25 мая, затем — "около 21 мая". Глава представительства Михайлов писал в Москву:
       "Чем руководствовалась Балт. Контора Совторгфлота при изменении первоначального расписания, мы не знаем. Но то, что мы потерпели от этого большие убытки и крупные неприятности — это несомненно. К сожалению, эти неприятности и убытки не ограничиваются только маем; по-видимому, они будут распространяться на все лето, ибо мы с первых же дней текущего сезона не смогли выполнить взятых на себя обязательств по отправке судов. Следует иметь в виду, что при разговорах с агентствами мы их категорически уверяли, что отправление судов будет обязательно происходить в назначенные сроки... С отходом 1-го судна мы вынуждены признаться, что взятое нами обещание не выполнено. Дружественно к нам настроенные агентства возмущались этим весьма бурно; настроенные к нам скептически соответствующим образом ухмылялись и говорили, что этого ожидали. Во всяком случае, недоверие к нашей работе уже восстановилось крепко, и при разговорах с посетителями агентства будут каждый раз заявлять, что за дату начала тура, которая связана с отходом судов из Лондона или Ленинграда, они не отвечают. А это означает потерю туриста наверняка, т. к. он связан обычно с жесткими сроками своего отпуска".
       Но на этом испытания тех, кто все же не оставил экстравагантную идею съездить на родину социализма, не кончались. В поездах-люкс, которые возили интуристов в Среднюю Азию, отсутствовали вагоны-рестораны. Причем не по злому умыслу, а потому, что их включили в план изготовления после того, как были проданы туры. Не лучше обстояло дело и с гостиницами. Их постройка была включена в планы, но обеспечить стройматериалами новые интуристовские отели не смогли. Так что зарубежных гостей селили в обветшавших дореволюционных отелях вместе с ответственными и не очень советскими работниками.
Во Всесоюзном внешнеторговом музее доска позора с товарами, снятыми с экспорта, была не менее изобильна, чем самая образцовая витрина
Такое соседство должно было принести интуристам массу новых и неведомых ранее ощущений. К примеру, в 1931 году сотрудники ОГПУ расследовали случай перестрелки в гостинице на Каланчевке в Москве. Как оказалось, стрельбу устроили перепившие ответработники, но дело спустили на тормозах, поскольку по счастливой случайности никто из интуристов и совграждан не пострадал.
       Не менее яркие воспоминания оставались у туристов и от цен. 27 мая 1932 года московская англоязычная газета Moscow Daily News сообщала: "20 апреля в 11 час. утра Джон Бернгард, американец, зарегистрировался в качестве 'валютного' посетителя в гостинице 'Националь' в Охотном ряду. Через тридцать один час, в шесть часов утра следующего дня, чтобы быть точным, когда он был готов к отъезду, ему предъявили счет на 30 долларов и 70 центов. Одним словом, привилегия быть гостем гостиницы 'Националь' стоила один доллар в час. В письме с жалобой, адресованном в Moscow Daily News, Бернгард заявил, что за свои деньги ничего не получил, кроме доставки 71 кг багажа со станции в гостиницу и чашки кофе".
       Учитывая, что в пересчете по официальному курсу эта сумма превышала среднюю месячную зарплату рабочего, в гнев пришла даже Московская рабоче-крестьянская инспекция. Но руководство гостиницы сослалось на дороговизну перевозки грузов, и деньги американцу так и не вернули.
       
Самые нравственные
Не меньше, чем стрельбой в коридорах, советские гостиницы поражали интуристов ценами (на фото — гостиница "Националь")
Но если во время визитов в СССР негативные впечатления о русских и русском характере получали лишь отдельные иностранные граждане, то во время войн возможность разгадать загадочную русскую душу получали целые народы. Наверное, самые неизгладимые впечатления остались у побежденных в 1945 году немцев. Оправившись после того, как на них выместили всю злобу, накопившуюся за годы войны, они обнаружили, что советские оккупационные власти стараются наладить жизнь в немецких городах и деревнях и в меру сил борются с насилием и грабежами, которые уже к августу 1945 года стали достаточно редким явлением.
       Но вот с пьянством среди советских военнослужащих сделать что-либо оказалось гораздо труднее. К удивлению немцев и ужасу командования, советские солдаты пили все, что попадалась под руку, начиная с пива и заканчивая метиловым спиртом и спиртосодержащими суррогатами. По количеству смертей среди солдат оккупационных войск спиртовые отравления занимали второе место после подрывов при разминированиях.
       Причем умирали как рядовые солдаты, не видевшие разницы между ядовитым метиловым и питьевым этиловым спиртом, так и офицеры, которые все-таки должны были эту разницу видеть. Но многие из них были твердо убеждены, что метиловый спирт, проваренный с шоколадом, теряет вредные свойства и годен к употреблению. В архивах Советской военной администрации земли Саксония сохранился отчет о том, как команда во главе со старшим лейтенантом Полищуком, охранявшая завод "Фридрихфольд" в Шварценберге, нашла на территории двухсотлитровую бочку метилового спирта. Проварив его с шоколадом, одиннадцать бойцов, включая командира, умерли в ту же ночь.
       Те, кто пил более качественные напитки, производили на немцев не меньшее впечатление. О подвигах одного из них, замполита комендатуры Шварценберга майора Александра Ханенко, по должности обязанного бдительно следить за моральным обликом подчиненных, вышестоящему начальству докладывали следующее: "Майор Ханенко 26.07.45 г. вечером в столовой напился пьяным, начал приставать к немке, его упрекнул в этом инспектор комендатуры капитан Ефимов, Ханенко вступил в драку и был избит капитаном Ефимовым.
Командованию советских оккупационных войск в Германии удалось объяснить солдатам и офицерам разницу между насилием и ухаживанием (на фото), а вот разницу между этиловым и метиловым спиртом — нет
29.07.45 г. Ханенко в пьяном виде в 2 часа ночи зашел в комендатуру и с угрозами начал приставать к немке-телефонистке, принуждая ее к сожительству. Немка убежала на второй этаж, к офицерскому общежитию. Ханенко поднял дебош, разбудил офицеров и вторично был избит тем же капитаном Ефимовым.
       30.07.45 г. Ханенко вместе с подчиненным лейтен. Кадыровым напился пьяным и ушел в летний немецкий сад на танцы. Лейтенант Кадыров, будучи до бессознания пьяным, нагадил в театре, навел ужас и был подобран дежурной автомашиной полиции".
       Конечно, можно считать это редкими и нетипичными случаями. Но в памяти немцев остались именно они. И потому вряд ли стоит обижаться, когда на основе таких воспоминаний делаются неприятные обобщения. В конце концов, раз мы считаем себя людьми широкой души и понимаем, откуда берутся стереотипы о русских, может быть, стоит простить заблуждающихся. Или продолжать обижаться, если обобщения справедливы.
       
ПРИ СОДЕЙСТВИИ ИЗДАТЕЛЬСТВА ВАГРИУС "ВЛАСТЬ" ПРЕДСТАВЛЯЕТ СЕРИЮ ИСТОРИЧЕСКИХ МАТЕРИАЛОВ
       
       
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...